ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Те же и Гуслин.
Пелагея Егоровна . Вот и еще молодец! Приходи, Яшенька ужо к нам наверх с девушками песни попеть, ты ведь мастер, да гитару захвати.
Гуслин . Хорошо-с, это нам не в труд, а еще, можно сказать, в удовольствие-с.
Пелагея Егоровна . Ну, прощайте. Пойти соснуть полчасика.
Гуслин и Митя . Прощайте-с.
Пелагея Егоровна уходит; Митя садится к столу пригорюнившись;
Гуслин садится на кровать и берет гитару.

ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

Митя и Яша Гуслин.
Гуслин . Что народу было на катанье!… И ваши были. Что ж ты не был?
Митя . Да что, Яша, обуяла меня тоска-кручина.
Гуслин . Что за тоска? Об чем тебе тужить-то?
Митя . Как же не тужить-то? Вдруг в голову взойдут такие мысли: что я такое за человек на свете есть? Теперь родительница у меня в старости и бедности находится, ее должен содержать, а чем? Жалованье маленькое, от Гордея Карпыча все обида да брань, да все бедностью попрекает, точно я виноват… а жалованья не прибавляет. Поискал бы другого места, да где его найдешь без знакомства-то. Да, признаться сказать, я к другому-то месту и не пойду.
Гуслин . Отчего же не пойдешь? Вот у Разлюляевых жить хорошо – люди богатые и добрые.
Митя . Нет, Яша, не рука! Уж буду все терпеть от Гордея Карпыча, бедствовать буду, а не пойду. Такая моя планида!
Гуслин . Отчего же так?
Митя (встает). Так, уж есть тому делу причина. Есть, Яша, у меня еще горе, да никто того горя не знает. Никому я про свое горе не сказывал.
Гуслин . Скажи мне.
Митя (махнув рукой). Зачем!
Гуслин . Да скажи, что за важность!
Митя . Говори не говори, ведь не поможешь!
Гуслин . А почем знать?

Оставьте комментарий